ng68 (ng68) wrote,
ng68
ng68

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

ПРОСТОВАТАЯ ПСИХЕЯ




Самара: Дом Искусств, 2010 (выходит на днях).



          Психея, она же в русской традиции Душенька, она же «animula vagula blandula» («душенька блуждающая нежная») из стихов, приписываемых императору Адриану, — это попросту душа, т.е. тот предмет, которым по должности и положено заниматься священнику Сергию Круглову. Так что никого не удивит, что этим предметом занимается и поэт Сергей Круглов — как, впрочем, вероятно, и всякий поэт. Но, главное, и занимается-то он этим «как всякий» — не выставляя вперед чаемого нами богословского многознания, не возвышаясь над нами пастырской многомудростью. Если не наоборот. Его богословие и душеведение полны смирения, уничижения — и бунта. И прошения о помощи:

Ну же! скорей, помоги: этот камень
Мне одному не поднять.

          Служитель Господа, он у Господа последний:

Архиварче! вынь сдунь прах: это я
тысяча девятьсот шестьдесят шестая единица хранения

          И «извечная броцкая песня» («главное!! величие замысла») его, по-видимому, не влечет. Священник-поэт не стесняется постоянно писать «стихи на случай» — на календарный праздник, на чью-то кончину, на услышанную музыку, на походя увиденное, на игры с котом... Его метод сочинения стихов напоминает то, что он описал в стихотворении «Медовый Спас»:

Бабушка пристроила баночку на солею —
Батюшка дёгтем святым покропил —

          Покропил — вот и вышли стихи. Так ведь оно и должно быть. Без ужимок и прыжков. Без напряга — но отнюдь не без муки:

Ныне сердце моё — фараон,
И Бог ожесточил его.

          Но и не без надежды. Никогда — без надежды:

сердце бедное сердце!
разорвешься от ужаса высоты? раскроешься
алыми на ветру лепестками любви
навстречу Духу?

          Или совсем прямо:

И внезапно, из самой глубины сердца, всхлынет
Богословская добродетель надежда
Комом под горло.

          И никогда — без веры:

Прощена ты, смертница окаянная,
Поднимайся, жизнь, на четвереньки медленно,
Только жертвы Осеннему, Прощающему,
Взятой даром, — жизнь, о не воздай!

          Таково простое или даже, если угодно, простоватое стихобогословие о. Сергия Круглова: Вера, Надежда, Любовь.
          Матерь их София им не предшествует: они ее естественно порождают. Так порождается богословие иконы:

Смысла этой иконы не постичь не смочь:
Мимо не миновать, нажитого не сберечь.
Даже если Ты, Мать, Своему Сыну — Дочь,
Так о нас грешных какая речь.

          И богословие смерти:

Сорок дней всё это варево кипит, остывает,
После сорокового дня — всё насмерть забыто.
Таково свойство вечноживущих.

В ночь после сороковин в своих кроватях спят они крепко.
И всю ночь деревья пристально и отчуждённо
Смотрят к ним в окна, бодрствуя под ветром.

          И богословие воскресения:

Но чтобы мне вослед любви Твоей распяться,
Ты должен дать мне жить, из смерти выгнав вон.

          И богословие души, наконец (той самой душеньки-психеи, или Душеньки-Психеи):

...И сосульки великопостные
Радостный зацокают
Канон покаянный! Вот и ты, душа,
Распустеха, прогульщица, —
Не утерпела, дунула
В босоножках по обманно талому снегу...

          И когда «Демон Амур изволит говорить (слегка истерически, хотя и пытаясь не терять достоинства) с простоватой человеческой Психеей» (таково длинное заглавие одного вовсе не длинного стихотворения), то простоватая Психея одерживает верх в этом не ею начатом разговоре. Ей принадлежит последнее слово. Ей и поэту.
Tags: мои тексты, о. Сергий Круглов, поэты, стихи, чтение
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments